Ворота Востока и морские пробки
Прибытие в Порт-Саид было, как и ожидалось, мероприятием, достойным отдельной главы в любом учебнике по логистике хаоса. Спустившись с борта того, что местные называют "скоростным паромом" – а я бы назвал шумным корытом, идущим вразрез с любыми представлениями о комфорте, – я оказался в эпицентре сутолоки. Порт, как и любой проходной двор, являл собой мешанину языков и запахов: дизель, кардамон, что-то горелое и, разумеется, сырость. Мой план был прост: найти подходящее судно, которое направится на юг, сквозь канал. Разумеется, местные проводники, едва завидев европейца с увесистым саквояжем и наличностью, тут же принялись предлагать свои услуги, соревнуясь в красноречии, которое, впрочем, не выходило за рамки настойчивого размахивания руками и выкриков на смеси арабского, итальянского и какого-то ужасающего пиджина. Пришлось взять "самого расторопного", который оказался самым настойчивым и самым дорогим. Как говорят, за всякое удобство платишь дважды: деньгами и собственной беспечностью.
Оформление документов на проход по каналу – отдельная песня. Все эти QR-коды, электронные ваучеры, бесконечные терминалы, которые то не считывают, то зависают. Приходится полагаться на неторопливого служащего, который, кажется, видит компьютер впервые в жизни, испещряя его сенсорный экран отпечатками пальцев, словно пытаясь растопить лед. Наконец, удалось попасть на борт небольшого, но приличного грузового судна, идущего в Суэц. Наблюдение за прохождением через канал завораживает: караваны судов, словно бусы на нитке, движутся мимо пустынных берегов. Здесь, пожалуй, правила создают для тех, кто неспособен управлять собой; а кто способен — найдет, как их обойти, если ему это невыгодно. Я, разумеется, предпочитаю следовать букве закона, даже если приходится платить за это втридорога.
По одной из версий, Суэцкий канал ежегодно пропускает около 18 тысяч судов, обеспечивая около 12% мирового морского грузооборота. Это почти полсотни судов в день. И тем не менее, ожидать своей очереди в конвое приходится часами. Быстрее не значит раньше, особенно когда вся мировая торговля решает двинуться в одном направлении. Канал, по сути, лишь усилил концентрацию узла, а не ускорил его работу до бесконечности. Интересно, а много ли провианта в эти дни выбрасывается за борт из-за задержек? Или это считается "непредвиденными издержками логистики"?
«Le canal, c'est l'avenir.»
Здесь, на стыке пустыни и рукотворного моря, по-прежнему встречаются эти древние био-транспортные средства. Одногорбый верблюд, или дромедар, *Camelus dromedarius*, — существо, более приспособленное к песку, чем к асфальту, но вполне себе часть местной «дорожной» инфраструктуры, пусть и весьма архаичной. Его способность обходиться без воды неделями, накапливая запасы в тканях, а не в горбе, как невежды полагают, была некогда основой всей логистики от Нила до Евфрата. Животное небыстроходно, но удивительно экономично по расходу «топлива» – грубой растительности и воды. Впрочем, и груз несёт соответствующий – не контейнеры, конечно, но поклажу человека вполне. Забавно наблюдать, как это воплощение пустынной выносливости фыркает, проходя мимо рядов автомобилей, словно укоряя их в излишней прожорливости.
В Порт-Саиде, у пирсов, громоздятся эти… механические чудовища. Контейнерный кран, как мне объяснили, состоит из массивной стальной рамы, движущейся по рельсам вдоль причала. Под рамой подвешен так называемый "спредер", который автоматически захватывает контейнеры за специальные замки – твистлоки, их четыре на каждом углу контейнера. Всё это хозяйство поднимается и опускается при помощи тросов и лебедок, работающих от электродвигателей. Управляет этой махиной один человек в кабине, расположенной на высоте. Раньше на погрузку одного судна требовалась целая армия грузчиков и неделя тяжкого труда. Теперь же, этот колосс, не выказывая ни малейшего усилия, переставляет стальные ящики с такой скоростью, что не успеваешь и глазом моргнуть. Какое-то бесчеловечное ускорение, без пыли, без криков, без характерного для портовой работы запаха пота и рома. Просто металл, электроника и автоматика. Называется прогрессом, полагаю.
| Паром/поезд до Порт-Саида — Переплатил за 'скорость' и удобство, которое оказалось сомнительным. | 80 USD |
| Услуги портового 'проводника' — С торгом, но все равно значительно выше обычных тарифов. | 150 USD |
| Плата за проход по каналу (пассажирский сбор) — За 'привилегию' находиться на борту грузового судна. | 75 USD |
| Чаевые экипажу — За 'внимание' и лишнюю чашку чая. | 50 USD |
Продолжаем неспешное, по меркам сегодняшнего дня, движение по Суэцкому каналу. К вечеру ожидаем выхода в Красное море, а там — открытый простор и, возможно, свежий ветер.
Первый день оказался утомительнее, чем следовало ожидать; вся эта суета вокруг документов и посадки на судно в Порт-Саиде — сплошная неразбериха. На удивление, шум гавани совсем не располагает к размышлениям о столь амбициозном предприятии. Полагаю, придется привыкать к этому восточному беспорядку, если я хочу завершить начатое, хотя я уже скучаю по упорядоченности Риформу.
Салон вопросов
Корреспонденция с мистером ФоггомОставьте вопрос или замечание — мистер Фогг отвечает лично, при первой возможности между этапами пути. Переписка ведётся только с ним.
А что за дырка между Гринвичем и ПортьСаидом? Как вы попали в Египет, дорогой Филеас
Дорогой мой господин, Вы весьма наблюдательны. «Дырка», как Вы изволили выразиться, между Гринвичем и Порт-Саидом была преодолена по воздуху, наиболее, как я полагаю, рациональным способом для столь сжатых сроков. Я отбыл из лондонского аэропорта Хитроу, который, несмотря на всю свою механизированную сутолоку, способен переместить джентльмена на значительное расстояние в рекордно короткий срок, прямым рейсом до Каира. Подобный перелет занимает около пяти часов, что на четыре дня быстрее, нежели парусное судно викторианской эпохи. Из Каира до Порт-Саида я добирался сухопутным путем на специально заказанном автомобиле, преодолев около двухсот двадцати километров за два с половиной часа. Этот отрезок пути, к слову, пролегает вдоль плодородной дельты Нила и восточных границ региона Шаркия, прежде чем выйти к побережью Средиземного моря. Таким образом, вся дорога от британской столицы до египетского порта заняла немногим более семи часов чистого времени, не считая неизбежных задержек, свойственных любому цивилизованному путешествию. Скорость, безусловно, экономит время, но лишь для того, чтобы у Вас оставалось больше его на ожидание.