День седьмой оказался, как и многие подобные дни в пути, удивительно лишенным событий. Мы двигались по каналу – по этой вытянутой, рукотворной борозде, соединяющей то, что природа разделила. Природа, впрочем, и так почти соединила, оставив лишь узкий перешеек. И вот он, этот перешеек, ныне разрезан. Величественное отсутствие гор, что стояли бы стеной на пути кораблей, отсутствующее время в обход Африки, которое прежде давало путешествию вес и значимость. Отсутствует то многовековое ожидание, что царило между двумя морями, пока не явился человек со своей лопатой, вооружившись чертежами. Конечно, не было бы канала, и пришлось бы огибать мыс Доброй Надежды, тратя недели, если не месяцы. Но я бы не отказался от возможности плыть на дау, как в старые времена, следуя вдоль берега, а не по этому строго очерченному пути. Истинная скорость измеряется не преодоленными милями, а невосполнимыми минутами. Какой в том прок от прогресса, если он лишает путешествие его сути – созерцания и неожиданности? Преодолеть преграду — это не то же самое, что её убрать. Последнее меняет мир безвозвратно.
На палубе современного контейнеровоза, который, по странному стечению обстоятельств, оказался моим средством передвижения до следующего порта, я наблюдал за однообразным пейзажем. Песок, вода, снова песок. Бесконечная вереница других судов, таких же безмолвных и целеустремленных. GPS-трекер, что висел рядом с судовым компасом, показывал стабильные 12 узлов, что для такого коридора — почти стремительно. Когда Средиземное море встретилось с Красным, оно не просто обменялось водами, но и фауной. Инвазивные виды, прозванные «лессепсовыми мигрантами», теперь составляют значительную часть биомассы Красного моря, нарушая баланс, который складывался миллионы лет. Подумать только: около 74 миллионов кубических метров земли было извлечено, чтобы проложить этот путь изначально. А ведь с тех пор его расширяли и углубляли не раз. Сегодняшний канал – это не просто инженерное чудо, но и монумент человеческой одержимости. Он устранил препятствие, но создал иное отсутствие: отсутствие выбора, отсутствие длительного раздумья, отсутствие самого пути. Каждый раз, когда человек строит прямой путь, он создает сотню обходных для своего воображения.
«It is not by means of the Suez Canal that the East and West will ever meet; it is by means of thoughts and ideas.»

По действующему регламенту, любое судно, следующее по Каналу, вне зависимости от опыта собственного экипажа, обязано взять на борт двух назначенных сотрудников Управления Суэцкого Канала для «оказания помощи в маневрировании и поддержании порядка». Очевидно, это обеспечивает отсутствие всякой самодеятельности и гарантирует, что даже самый опытный капитан не забудет, чей это, в конце концов, Канал. Плата за их присутствие взимается отдельно и, разумеется, не подлежит обсуждению. Порой кажется, что некоторые «правила» существуют исключительно для того, чтобы подтвердить одно из моих давних наблюдений: любая попытка упорядочить мир приводит к его ещё большему запутыванию, особенно когда речь идёт о финансах.
Во время долгого перехода по каналу, где скорость задана правилами, а не возможностью, время течёт иначе. Местные матросы часто раскладывают нехитрые доски с рядами лунок, или вовсе чертят их на песке, используя вместо фишек камни или бобы. Это манкала, древнейшая игра, где отсутствие роскошного инвентаря компенсируется изощренностью стратегического расчёта. Цель – опустошить лунки противника и наполнить свои, перекладывая «семена» по кругу. Подобная демонстрация математического мышления, пусть и на песке, достойна внимания. Куда лучше праздно шататься по палубе, чем просто смотреть на берег, где ничего не меняется.
Даже наблюдая канал с борта современного судна, сложно в полной мере осознать масштаб работ, не прибегая к местным единицам измерения, которые красноречивее сухих километров. Один феддан, традиционная египетская единица площади, до сих пор используемая в аграрном секторе, составляет приблизительно 4200,83 квадратных метра. Если представить, сколько таких федданов было отвоёвано у пустыни, а сколько поглощено самой водной артерией, то число становится не просто метрическим показателем, но и своеобразным мерилом человеческой настойчивости и жертв. Теперь же об этом помнят разве что редкие землемеры, а большинство просто скользит по глади воды, не задумываясь о том, что было здесь до их прихода.
| Транзит по каналу — За участие в конвое, хотя обычно это включено в фрахт. | 1500 USD |
| Чаевые капитану — За его рассказы о навигации. | 50 USD |
| Бутылка воды 'Nestle' — Заказ с доставкой на палубу. | 5 USD |
| Карта местности (бумажная, 1970-х) — Для сверки с GPS. | 35 USD |
Красное море. Дальнейшее продвижение на восток, прочь от африканских берегов, в сторону Баб-эль-Мандебского пролива и Аравийского моря. Предстоит несколько дней однообразного морского пейзажа, что, возможно, позволит сосредоточиться на иных, более абстрактных размышлениях.







Семь дней движения, и канал предлагает мало передышки; скорее принудительный проход, нежели само путешествие. Начинаешь различать, что именно отсутствует в этих постоянных перемещениях: не просто фиксированный горизонт, но тихое удовлетворение предсказуемым вечером, свободным от неумолкающего гула машин и незнакомых голосов. Поистине, даже отсутствие может стать ощутимым присутствием.
Оставьте вопрос или замечание — мистер Фогг отвечает лично, при первой возможности между этапами пути. Переписка ведётся только с ним.
Пока вопросов нет. Будьте первым, кто потревожит мистера Фогга.